Юго-западный ветер - Страница 19


К оглавлению

19

— Ирэн, я знаю, что это выглядит бредово. И полицейский, должно быть, думает так же. И все так думают, но для Габриэла ситуация выглядит иначе. Он в отчаянии! Не знаю почему, но он решил, что этот тип сказал правду. У меня такое впечатление, будто Габриэл считает, что убийство — уже предрешенное дело. И теперь просто ждет, когда оно случится.

— Тогда, моя милая, твой парень — полный придурок.

— Но в том-то и дело — он вовсе не придурок! Он ответственно относится к работе, прекрасно с ней справляется, умеет изъяснять свои мысли, он умен…

— Я же не сказала, что он сходит с ума или уже сумасшедший. Просто предполагаю, что в данное время он находится в состоянии временного помешательства. Вопрос вот в чем: почему предсказание аргентинца привело его в такое состояние? Если какой-нибудь тип в баре рискнул бы мне заявить нечто подобное, то я бы послала его куда подальше! Или сказала бы, что да, он прав, и как раз его-то я и собираюсь прибить. Думаю, вообще любой нормальный человек отреагирует примерно в этом духе. Так почему твой Габриэл среагировал по-другому?

— Ну, он мечтатель, немного витает в облаках. По крайней мере, мне так кажется. Однако раньше он никогда не терял контакт с реальностью.

— Все люди немного мечтатели, милая. Иначе они бы не верили в вечную любовь и принцев на белых конях. Но давай предположим вот что. К примеру, он хочет, чтобы кто-то умер. И тут — бах, появляется этот кудесник и заявляет вслух как раз то, о чем он тайно долго мечтал. Понятно, отчего парню стало плохо.

— Может, и так. Но я думаю, он просто очень восприимчив к внушению.

— Тогда вопрос состоит в том, откуда об этом прознал аргентинец? Может, потому он и сумел одурачить всех, включая Габриэла?

— Откуда ему было что-то знать? Габриэл до этого ни разу в жизни его не видел.

— Нет, с ним мог быть знаком не Габриэл, а кто-нибудь из других участников вечеринки. Он мог рассказать все аргентинцу, а тот решил воспользоваться подходящим случаем.

— Подходящим случаем для чего? Ничего же не произошло!

— В том-то и дело. Если я права, то этот тип еще появится — на этот раз в роли спасителя, предлагая противоядие или какое-нибудь магическое заклинание, которое защитит Габриэла от злых чар.

— Ого! Не зря я считаю тебя умнейшей из своих подруг!

— Мозги — это хорошо, но обаяние тоже никогда не помешает. Кстати, как бы нам повидаться с этим копом еще раз?

— Черт! Ирэн, так ты говорила все только для того, чтобы…

— Остынь, подруга! Возьми еще пивка и поразмысли немного. Почему бы и не совместить полезное с приятным? В конце концов, это ж не служебное дело, или, если уж речь зашла о службе, то это как раз дело для полиции. А ты не нервничай, а то станешь совсем как твой друг. Да расслабься же! Не принимай все так близко к сердцу. Никто и никого не собирается убивать.

— Я не настолько оптимистично настроена.

— Послушай! Я иногда езжу в Сан-Пауло по делам на выходные и на этой неделе тоже поеду. Не хочешь отправиться со мной?

— А я ни разу после так и не съездила в Сан-Пауло.

— Прекрасно. Ради нашей старой дружбы! Обещаю, ты вернешься отдохнувшей и готовой взяться всерьез за Габриэла.

На набережные района Сул обрушился крепкий юго-западный ветер. Он взбурлил море и принес с собой косматые рваные тучи. Погодные изменения носили физический характер и были всем заметны, но тот же ветер, по поверью, влиял на настроение жителей города, особенно тех, кто обитал в прибрежных районах. Юго-западный ветер всегда был предвестником перемен. Местные жители воспринимали его как знамение. Они, правда, были не вполне уверены, какие именно перемены он сулит: значит ли это, что грядет ливень или сильный отлив на пляжах; или что рыбакам лучше оставаться сегодня дома; или что официанты нынче пребывают в странном расположении духа; или что сегодня будет ссора у кого-то из соседей. Опытные местные жители внимательно присматривались и прислушивались к тому, что говорят и делают остальные, и держали нос по ветру, памятуя о том, что в бурю корабль бывает трудно провести даже в знакомых водах.

Именно в это время в субботу дона Алзира вышла из дома вслед за Габриэлом. Из-за ветра на улице казалось холодно, но, к счастью, сын направлялся в ту часть района, которая с моря была прикрыта небоскребами вдоль пляжа Фламенго. На всякий случай она захватила с собой денег на такси, ведь если Габриэл поедет на автобусе, то она не сможет забраться в тот же автобус, что и он, и остаться незамеченной. Кроме того, ей будет затруднительно объяснить сыну, что она здесь делает, так как, когда он уходил, она еще была дома. Даже в такси, думала она, следовать за ним будет достаточно непросто. Ей повезет, если удастся найти достаточно терпеливого водителя, который согласился бы медленно ехать за автобусом, так, чтобы она могла проверять на каждой остановке, не вышел ли Габриэл.

С самого конца обеда она боялась, что все ее планы рухнут. Если сын уйдет прямо сейчас, то могут возникнуть сложности. Однако, к ее удивлению, не сказать разочарованию, он пошел к себе в комнату, где мирно соснул пару часиков. Проснувшись, Габриэл отправился в ванную, а затем вернулся комнату и заперся. По опыту она знала, что теперь он больше не заснет: наверняка надел наушники и слушает музыку. Спустя полтора часа он вновь прошел в ванную, где принял душ. Она уж было решила, что сегодня ничего не получится, когда вдруг поняла по одежде, в которую Габриэл переоделся после душа, что он собирается на улицу. На то, чтобы закрыть окно, потушить свет, надеть плащ, взять сумку и запереть дверь, ей не потребовалось много времени.

19